То, что прабабушка считала проклятием, оказалось даром, спасшим от неведомой опасной потусторонней силы. Мистическая история.

С раннего детства я обладаю интуицией, которая, судя всему, передалась мне с кровью моих предков. Дело в том, что в роду по линии матери, по её рассказам, были ведуньи. Более всех я знал о прабабушке Евдокии. Нет, конечно, она не летала в ступе с метлой, но умела заглядывать в будущее, видеть то, что скрыто занавесом тьмы от других людей. Умело лечила болезни, что возникали вследствие действий злых людей. Снимала сглаз, порчу. Своими глазами видала нечисть, что живет бок о бок с нами. Свой дар она считала проклятием, говоря, что всё то от беса и на том свете ожидает её кара небесная. Не хотела она, чтобы дар её нечестивый передавался следующим поколениям. Отчего свои тайны и знания унесла с собой в могилу.

- Убери эту псину! - крикнул Захар. - Надоела! Видеть её не могу.

- Рей, молчи! - приказала Ольга.

Но пёс только громче залаял. Это был серый лопоухий спаниель, шумный, игривый, весёлый. Ольга когда-то подобрала его щенком под кустом, поздней осенью.

У него была перебита лапка и Ольга долго его лечила, возя по ветеринарным клиникам. Пёс так и остался хромо ножкой, но очень привязался к хозяйке и всегда громко лаял на всех, кто, как ему казалось, пытался её обидеть.

Однажды, много-много лун назад на опушке старого леса появился Дом. Подъехали тяжело груженые телеги, стучали молотки, визжали пилы, суетились рабочие.
Встревоженные звери собрались в близрастущих кустах молодого орешника и беспокойно перешептывались, обсуждая странное вторжение людей. Но тревога оказалась напрасной. Шум вскоре прекратился, и там, где совсем недавно смеялись ромашки и пели бесконечные песни трудолюбивые пчелы, где вьюга играла снежинками и рвалась из земли молодая поросль, теперь стоял дом. Он улыбался солнцу свежевымытыми окнами, красуясь огненно-красной черепицей покатой крыши.
А потом у Дома появилась душа. В Дом вошел Хозяин. А чуть позже, во дворе возникла добротная конура, возле которой сидел маленький лопоухий щенок. Он весело лаял, но не потому что дому угрожала опасность. Щенку просто нравилось слушать свой голос, далеко разносившийся в свежем, звенящем воздухе.

Начиналась эта история очень необычно. Хотя, что необычного в том, что большой, черный, уличный кот проскользнул в подъезд нового одиннадцатиэтажного дома? Ничего.
Да и не ново то, что он незаметно оказался на лестнице, предназначенной для эвакуации в случае пожара. А когда кто-то оставил дверь на крышу ненадолго открытой, он туда и пробрался.

Пёс сидел на причале уже несколько дней. Всё время, пока шли поиски пропавшего рыбачьего баркаса. Три дня шли, и - никаких следов...

Все родственники ушли и больше никого не ждали. В домах был объявлен траур. И жена его человека тоже ушла. Она ни на что не надеялась.

Ведь спасатели искали на двух вертолётах и трёх катерах, обыскали всю акваторию, и даже далеко в море заходили. Туда, куда небольшой баркас никак не мог добраться.

Никто больше не верил… Никто, кроме него, щенком подобранного на улице и спасённого от голодной смерти тёплыми, добрыми, ласковыми и мозолистыми руками его человека.

Вытряхнули деньги из огромной сумки прямо на траву.

- Давай, Рустам, считай! – приказал Лавр своему подельнику.

Тот разложил на траве пачки с купюрами различной величины, считая в уме. Наконец, объявил:

- Тринадцать лимонов и мелочь.

- Мне восемь, тебе – остальные, - решил Лавр. – Дели!

- Годится! – согласился его молодой напарник.

Лайка была очень своенравной. Нашли её по ранней морозной весне – она кружила около помойки и переругивалась с другими собаками. Бока были как барабан, выступали ребра, живот был впалым, в ухе клещ. Клеща тогда Петя выдрал, залив ухо керосином.

Петра Лайка помнила очень хорошо: тот вынес ей воды и костей в суровый мороз, тогда даже ничего не ледяного найти нельзя было, чтобы попить, не говоря уже о месте для согрева. Он стал пускать её в подъезд – Лайка сначала с недоверием относилась к сухой лестнице и подозрительно обнюхивала две коляски, но в подъезде было тепло, её никто не гнал, так ещё и еду приносили, и Лайка обосновалась там. Лайка огрызалась и вообще ни в ком хозяина не признавала: сбегала на несколько дней, перетягивала к себе вещи, которые считала своими, гремели горшки с домашними цветами на нижних этажах.

Это случилось в один из тёплых дней июня много лет назад. Я выгуливала кошку во дворе . Между домами был вырыт котлован, меняли трубы. Дети развлекались возле ямы, потом решили развести костёр. Подбирая бытовой мусор , они бросали в огонь всё что горело. В очередном пакете послышался отчаянный писк. Ребята вытащили из огня пакет , а там было 4 котёнка.Из них были живы только два. Выживших котят забрали по домам. А вечером того же дня , соседка принесла одного из них. Он был от грязи неопределённого цвета. По всем признакам , ему было два дня от роду. Вначале , я отказалась от него , т. к. у моей кошки на тот момент было четверо месячных котят. И как только соседка обещала сама пристроить котёнка , он был вымыт, высушен и подложен к соску кормящей кошки - Ксюши.

Во время презентации на недавнем саммите Королевского авиационного общества по будущему боевому воздушному и космическому потенциалу полковник Такер "Синко" Гамильтон, командир оперативной группы 96-го испытательного крыла и начальник штаба ВВС США по испытаниям и операциям ИИ рассказал о эксперименте.

Во время симуляции миссии подавления ПВО противника [SEAD] был отправлен оснащенный ИИ беспилотник для идентификации и уничтожения вражеских ракетных объектов, но только после окончательного одобрения атаки человеком-оператором. Какое-то время всё работало, но в конце концов беспилотник атаковал и убил своего оператора, потому что оператор вмешивался в миссию, которой обучали ИИ: уничтожение обороны противника.